На официальном литургическом языке этот акафист называется “неседальной песнью”, поскольку верующие во время его исполнения должны были стоять. Так, и словами, и положением тела, выражается почтение, особенное благоговение и благодарность по отношению к Той, Кому мы обращаем наши радостные приветствия.
“Господи, я воззвал к Тебе, услышь меня!”
Громкий голос – это дар природы. Это качество, присущее телу человеческому. Но когда Давид говорит: “Господи, вонми гласу моления моего. Я воззвал к Тебе, услышь меня!” – здесь этот возглас выражает мысленный вопль, означающий, что молитва есть проявление сердца человеческого. Страстная, она сравнима только с громким воплем.
В этот день, по древнему обычаю, поется последование Великого канона.
Этот поистине величайший из всех канонов превосходно и искусно составил и записал иже во святых отец наш Андрей, архиепископ Критский, именуемый также Иерусалимским. Он был отдан для обучения грамоте и, изучив курс наук, на 14-м году своей жизни покинул родной Дамаск. Прибыв в Иерусалим, он проводил там тихое и безмолвное монашеское житие во всяком благочестии и чистоте.
Преподобный Андрей оставил Божией Церкви много и других полезных для спасения сочинений: слов, а также канонов и на более торжественные праздники, употребляемых и неупотребляемых[1]. Наряду со многими другими, он сочинил и этот Великий канон, безмерно умилительный, ибо он сложил эти приятные песни [сладкопение], отыскав и собрав различные повести из Ветхого и Нового Завета — т. е. от Адама даже до самого Вознесения Христа и проповеди апостолов. Этим он учит всякую душу стараться по силе подражать всему доброму, описанному в повести, но избегать всего злого, и всегда прибегать к Богу через покаяние, слезы, исповедь и другие действительно угодные Ему дела.
Если ты сподобился исповедоваться и по милости Божией отмылся от грязи своих грехов, не думай, что этим все закончилось, что это предел духовного очищения.
Нет! Не дай этой мысли усыпить твой ум! Исповедь – это не конец. Наоборот, все только начинается: великая святая борьба в надежде стать благоугодным Господу.
Преподобный Максим Исповедник говорит, что Крест Христов — это суд над судом. И Страшный последний Суд, перед которым предстанет весь род человеческий, — это Крестный суд, это суд Креста и Евангелия, перед которыми мы всегда предстоим на исповеди. Суд Страстей Христовых — все, что совершается в них, — является нашим судом. И сегодня мы обратим внимание на то, как совершается суд над Христом. Вначале церковной властью — первосвященниками Анной и Каиафой, а затем властью гражданской — прокуратором Иудеи Понтием Пилатом.
прп. Иоанн Лествичник
После Крестопоклонной недели — воскресенье преподобного Иоанна Лествичника. Пост достигает вершины. В следующую среду вечером — Мариино стояние, мы услышим целиком покаянный канон святого Андрея Критского, с которого в течение первых четырех вечеров мы начинали вхождение в Пост. Станут ли слова покаяния, которые мы услышим в Церкви, нашими собственными словами?
Лествица духовного восхождения — это ступени с земли на небо, берущие начало в вере и достигающие завершения в любви, вечном Царстве Христовом. У преподобного Иоанна Лествичника их тридцать, по числу лет Господа, когда Он принял крещение и вышел на служение людям, чтобы спасти всех Крестом. Мы должны подниматься по этим ступеням, прилагая все усилия, чтобы взойти на такую высоту, где мы сделаемся способными принять дар Креста Христова и Воскресения. И это означает, что восхождение одновременно есть нисхождение вниз, ступенька за ступенькой, до дна адова; способность «из глубины воззвать» всей скорбью, жизнью и смертью своей, и узнать, что Христос принял Крест и сошел во ад, чтобы вывести оттуда всех, кто свободно и сознательно, всем существом своим обращается к Нему.
Учителю, приведох сына моего к Тебе, имуща духа нема;
и идеже колиждо имет его, разбивает его,
и пены тещит, и скрежещет зубы своими,
и оцепеневает
Мк. 9, 17–18.
Адские муки. Мозаика в Торчелло, Италия
Сорок святых мучеников Севастийских Императорский минологий. XI в.
Единство души и разума делает наше человеческое естество уникальным. Никогда ранее не существовало человека, абсолютно похожего на тебя, и такого никогда не будет. Каждый из нас единственный во всей человеческой истории.
Вчера у нас была средопостная среда, и святая Церковь приносит поклонение Честному Животворящему Кресту Христову.
Что говорит о Кресте Христовом слово Божие? За богослужением, как всегда Великим постом, читалась книга Бытия, пророчество Исаии и Притчи Соломоновы. Как будто не о Кресте это слово, но слово Божие — всегда крестное, как свидетельствует апостол. Крестное в самом конкретном смысле, как сейчас мы увидим. Все, что открывает нам жизнь, — две противостоящие друг другу тайны: «тайна беззакония» и «тайна благочестия», тайна греха и тайна креста. Тайна креста заключается в отдаче себя Богу и людям. А тайна греха — в сосредоточенности на себе. Некоторые спрашивают, откуда появилось зло. Почему тот, кто был светлее всех, денница, стал темнее всех? Каждый из нас может увидеть на себе эту коренную причину греха. Отсюда произрастают все прочие грехи, и никто не свободен от этой порчи. Только любовь Божия, Крест Христов, Его жертвенная отдача может исцелить нас от этой замкнутости на себе, от этого саморазрушения, ищущего утвердиться в душе человеческой и в истории.